Хотите
выслушать небольшую этимологическую сказочку?
Жило-было
латинское слово «papiliо» («папилио»);
жило и
значило оно «
палатка» или «
шатер». У него
появилось двое потомков-
французов: «павийон» («pavilion») — «
беседка», «
киоск» и «папийон» («papillon») — «
бабочка», «
мотылек». Как
возникло первое,
вполне понятно: между «
палаткой» и «
беседкой»
разница невелика.
Поразмыслив, можно
согласиться,
пожалуй,
что человеку с
воображением пестрокрылый мотылек может
показаться похожим на
цветистую крошечную палатку, на
разукрашенный,
порхающий по
воздуху шатер-
малютку… Так или
иначе,
оба слова и по
сей день процветают во
французском языке. Со
вторым из них ничего
поразительного не
стряслось, а вот
первое испытало неожиданное приключение.
Оно попало в
немецкий язык в
качестве названия для
красивой пестрой птицы,
распускавшей свой хвост, как
роскошный шатер — павийон.
Немцам это «павийон»
послышалось как «павенхён» или «павенхун» — «
павья курица». Когда же
это слово дошло до нас, мы
восприняли его как «павлин» (и как «
пава» для
птицы-
самки),
совершенно не
подозревая о его связи с
палатками,
беседками,
бабочками и
мотыльками. Да и
попробуйте, не
зная всей этой
истории,
догадаться,
что все
это состоит в
родстве друг с другом…